Деревни, которые успели вытащить

Бревно здесь помнит две реки — и ни одна из них не должна была стать последней.

Бревно, которое вы видите перед собой, помнит две реки. Сначала — Илим: тот берег теперь под водой. И наконец — этот берег Ангары, в двадцати километрах от Байкала. Его разобрали, перевезли за сотни километров и собрали заново. Он не должен был дожить до сегодняшнего дня.

Музей «Тальцы» возник не ради туризма. Это побочный продукт крупнейшего инфраструктурного проекта советской эпохи — каскада гидроэлектростанций на этой самой реке. Братская и Усть-Илимская ГЭС требовали водохранилищ, а водохранилища поглощали прибрежные земли. Десятки деревень с церквями, крепостями и амбарами уходили под воду. Решение создать музей народного зодчества приняли в тысяча девятьсот шестьдесят шестом, а первые посетители вошли в него в тысяча девятьсот восьмидесятом.

Главное, что сюда успели привезти, — остатки Илимской крепости. Обратите внимание на Спасскую проезжую башню: она построена в тысяча шестьсот шестьдесят седьмом. Рядом — Казанская церковь тысяча шестьсот семьдесят девятого. Крепость находилась на реке Илим и была одним из опорных пунктов русского продвижения в Восточную Сибирь и на Лену. Когда Усть-Илимское водохранилище начало заполняться, башню и церковь разобрали и вывезли сюда. То, что башня семнадцатого века возвышается сегодня на сухом берегу, — результат спасательной операции, а не счастливая случайность.

Посмотрите на высоту порогов в этих избах, на тип печи, на то, как врублены окна. Всё это — читаемая хроника. Каждый сруб здесь — дом, в котором жили, пока вода не подошла к порогу.

Тальцы — не монолог о русской Сибири. Музей устроен как четырёхголосный рассказ: русская, бурятская, эвенкийская и тофаларская зоны идут рядом, как культуры, которые веками жили бок о бок в Прибайкалье. В бурятской зоне — юрты, в эвенкийском стойбище — чумы и нарты, охотничьи и шаманские сюжеты. Коренные народы тайги здесь равноправные участники общей истории.

В тысяча девятьсот девяносто пятом Тальцы получили статус объекта исторического и культурного наследия федерального значения. Площадь музея — около семидесяти гектаров, он работает круглый год и продолжает пополняться. Гидроэнергетический проект, затопивший десятки живых деревень, породил учреждение, которое теперь хранит память о них.

Деревни утонули. Но несколько десятков срубов успели вытащить — и теперь они собраны здесь, у реки, плотины которой и подняли эту воду.

Спросите меня про Илимскую крепость — и это будет ваша экскурсия.